воскресенье, 28 июня 2015 г.

Поэзия Первой мировой войны

В 1914 году началась война, которую современники назвали Великой, а их потомки - Первой мировой. Эта война разделила эпохи, и многие историки, политики, писатели считают 1914 год переломным годом человеческой истории.
"После газовой атаки, 1918"  Джон Сингер Сарджент

Я взял на себя смелость перевести несколько стихотворений того времени.

Зигфрид Лорейн Сассун
(1886-1967)



SUICIDE IN THE TRENCHES

By Siegfried Sassoon

I knew a simple soldier boy
Who grinned at life in empty joy,
Slept soundly through the lonesome dark,
And whistled early with the lark.
In winter trenches, cowed and glum,
With crumps and lice and lack of rum,
He put a bullet through his brain.
No one spoke of him again.

You smug-faced crowds with kindling eye
Who cheer when soldier lads march by,
Sneak home and pray you'll never know
The hell where youth and laughter go.

Самоубийство в окопах
Зигфрид Сассун.
(Перевод Ивана Борщевского)

Солдата знал я одного.
Весь мир был создан для него:
С утра он птицам подпевал,
А по ночам он крепко спал.

Зимой в окопе, весь в грязи,
Покрытый вшами, от тоски
Он пулей мозг пробил себе...
С тех пор о нем молчали все.

Вы ж, млея, смотрите парад,
Приветствуете строй солдат.
Молите бога, чтоб не знать,
В каком аду им погибать! 


Уилфред Эдвард Солтер Оуэн
(1883-1918)



Dulce Et Decorum Est 
Wilfred Owen

Bent double, like old beggars under sacks,
Knock-kneed, coughing like hags, we cursed through sludge,
Till on the haunting flares we turned our backs
And towards our distant rest began to trudge.
Men marched asleep. Many had lost their boots
But limped on, blood-shod. All went lame; all blind;
Drunk with fatigue; deaf even to the hoots
Of tired, outstripped Five-Nines that dropped behind.

Gas! GAS! Quick, boys! – An ecstasy of fumbling,
Fitting the clumsy helmets just in time;
But someone still was yelling out and stumbling,
And flound'ring like a man in fire or lime . . .
Dim, through the misty panes and thick green light,
As under a green sea, I saw him drowning.
In all my dreams, before my helpless sight,
He plunges at me, guttering, choking, drowning.

If in some smothering dreams you too could pace
Behind the wagon that we flung him in,
And watch the white eyes writhing in his face,
His hanging face, like a devil's sick of sin;
If you could hear, at every jolt, the blood
Come gargling from the froth-corrupted lungs,
Obscene as cancer, bitter as the cud
Of vile, incurable sores on innocent tongues,
My friend, you would not tell with such high zest
To children ardent for some desperate glory,
The old Lie; Dulce et Decorum est
Pro patria mori.


Dulce Et Decorum Est
(Сладка и приятна...)
Уилфред Оуэн
(Перевод Ивана Борщевского)

Тяжелый вещмешок нас пригибал к земле.
Как у старух, у нас дрожали ноги.
Покинув поле боя (мысли все о сне),
Мы в тыл брели, кляня грязь по дороге. 
Мы спали на ходу, теряли сапоги.
Все ноги – в кровь! Брели мы босы, слепы,
Устав смертельно - даже не слышны
Уставших пушек выстрелы и взрывы.

«Газ! ГАЗ!!! Быстрей!» Дрожит рука,
Едва успел надеть противогаз я.
Но кто-то не успел (жаль паренька!)
Он в грязь упал, в агонии забился.
Сквозь стекла мутные смотрел я на него,
В зеленой жуткой жиже он тонул.

(С тех пор во сне я вижу вновь и вновь,
Как медленно в грязи той он тонул.)

И если в страшном сне увидеть  сможешь ты ,
Как труп его в телегу ты грузил;
Оскал его ужасней, чем у сатаны, 
И глаз пустых навеки взгляд застыл;
Увидишь, как из легких льется кровь,
На каждой кочке труп его хрипит;
Почувствуешь весь ужас ты и боль, 
И горечи смертельной ты вкусишь;
Тогда ты не решишься слепо повторить
Юнцам с тщеславием пустым во взоре
Ложь древнюю: «Dulce et Decorum est
Pro patria mori»*.

*«Сладка и прекрасна за родину смерть» (Гораций, «Оды», III, 2, 13).
(Читается: "дулче эт декорум эст/ про патриа мори")


Джо́зеф Ре́дьярд Ки́плинг
(1865-1936)



My Boy Jack
by Rudyard Kipling

“Have you news of my boy Jack?”
Not this tide.
“When d’you think that he’ll come back?”
Not with this wind blowing, and this tide.

“Has any one else had word of him?”
Not this tide.
For what is sunk will hardly swim,
Not with this wind blowing, and this tide.

“Oh, dear, what comfort can I find?”
None this tide,
Nor any tide,
Except he did not shame his kind —
Not even with that wind blowing, and that tide.

Then hold your head up all the more,
This tide,
And every tide;
Because he was the son you bore,
And gave to that wind blowing and that tide!

Мой мальчик Джек. 
Редьярд Киплинг
(Перевод Ивана Борщевского)

«Пришла весть о Джеке, о сыне моем?»-Не в этот прилив.
«Вернется ль он снова в родительский дом?»
-Не с этим попутным ветром, не в этот прилив.

«А кто может знать хоть что-то о нем?»
-Не в этот прилив.
Море мертвых своих не отдаёт.
Не с этим попутным ветром, не в этот прилив.

«О боже, хоть чем-то утешьте меня!»
-Не в этот прилив,
Ни в новый прилив.
Не был он трусом – прославил тебя.
Не с этим попутным ветром, не в этот прилив.

Голову выше держи, отец,
В этот прилив
И в новый прилив.
Его ты родил и растил много лет,
Но послал его сам с этим попутным ветром, в этот прилив!

О стихотворении: Сын писателя Редьярда Киплинга хотел добровольцем отправиться на войну, но из-за плохого зрения его не брали в армию. Тогда его отец употребил все свое влияние и связи, чтобы сына все-таки взяли. В битве при Лоосе он был убит и захоронен в воронке от разорвавшегося снаряда. Поскольку тело его не нашли, родителям прислали телеграмму, что их сын пропал без вести. Получив это известие, Киплинг написал это стихотворение.
Редьярд Киплинг умер в 1936 году, а тело его сына случайно обнаружили лишь в 1992 году.

Джойс Килмер
(1886-1918)


Trees
Joyce Kilmer.

I THINK that I shall never see
A poem lovely as a tree.

A tree whose hungry mouth is prest
Against the sweet earth's flowing breast;
  
A tree that looks at God all day,
And lifts her leafy arms to pray;
  
A tree that may in summer wear
A nest of robins in her hair;
  
Upon whose bosom snow has lain;
Who intimately lives with rain.
  
Poems are made by fools like me,
But only God can make a tree.


Деревья
Джойс Килмер
(Перевод Ивана Борщевского)

Я думаю, что не увижу никогда
Такого же прекрасного творенья,
Как дерево. С ним и сравнить нельзя
Убогое мое стихотворенье.

То дерево, что, словно карапуз,
Изголодавшись по желанной пище,
К земной груди, как к матери прильнув,
Сосет нектар, нектар земли цветущей.

То дерево, что смотрит в небеса,
И видит Бога лик с утра и до заката,
И ветви, словно руки, вверх подняв,
Молитвы шлет Творцу, не уставая. 

То дерево, что летнею порой,
Свою прическу часто изменяя,
Малиновке, пичуге небольшой,
Гнездо в кудрях своих вить позволяет.

То дерево, что, лишь придет зима,
Свою одежду снегом украшает.
И дождь, что льет, как из ведра,
К себе, как друга, в гости приглашает.

Поэтов в мире много развелось,
И я, дурак, поэмы сочиняю.
Но дерево создать мог только Бог,
Ему стихи за это посвящаю. 



Кстати, если понравился материал, можете выразить благодарность автору и следующим образом:

2 комментария:

  1. Еще одно интересное стихотворение, написанное в самом начале войны французским поэтом Гийомом Аполлинером:

    Небольшой автомобиль

    31 августа 1914 года

    Я выехал из Довилля около полуночи
    В небольшом автомобиле Рувейра
    Вместе с шофером нас было трое

    Мы прощались с целой эпохой
    Бешеные гиганты наступали на Европу
    Орлы взлетали с гнезд в ожидании солнца
    Хищные рыбы выплывали из бездн
    Народы стекались познать друг друга
    Мертвецы от ужаса содрогались в могилах

    Собаки выли в сторону фронта
    Я чувствовал в себе все сражающиеся армии
    Все области по которым они змеились
    Леса и мирные села Бельгии
    Франкоршан с Красной Водой и павлинами
    Область откуда шло наступленье
    Железные артерии по которым спешившие
    Умирать приветствовали радость жизни

    Океанские глубины где чудовища
    Шевелились в обломках кораблекрушений
    Страшные высоты где человек
    Парил выше чем орлы
    Где человек сражался с человеком
    И вдруг низвергался падучей звездой

    Я чувствовал что во мне новые существа
    Воздвигали постройку нового мира
    И какой-то щедрый великан
    Устраивал изумительно роскошную выставку
    И пастухи-гиганты гнали
    Огромные немые стада щипавшие слова

    А на них по пути лаяли все собаки
    И когда проехав после полудня
    Фонтенбло
    Мы прибыли в Париж
    Где уже расклеивали приказ о мобилизации
    Мы поняли оба мой товарищ и я
    Что небольшой автомобиль привез нас
    в Новую Эпоху
    И что нам хотя мы и взрослые
    Предстоит родиться снова

    (Перевод М. Зенкевича)

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Спасибо, Тимур! Интересное стихотворение.

      Удалить